Всегда удивляло одно: если закон обязывает залатать яму на дороге, то сделают это плохо и нескоро или вообще не сделают, а вот если надо наказать простого человека, тут у всякого рода чиновников пробуждается резвость, они становятся «требовательными, дотошными и принципиальными». Эта страсть к репрессиям − в крови. Помочь человеку − нет, это позже, это «как-нибудь», это «надо разобраться». Покарать человека − это вмиг. Без разбора и долгих обещаний. Есть такой орган − судебные приставы. Строгие, принципиальные, справедливые − еще десяток хвалебных слов можно набрать. А есть простой человек. Очень простой, ему и похвалиться-то нечем: медалей не вручали, служебных машин и кабинетов, как у приставов, у него нет. У него есть лишь небольшие накопления «на черный день». И что? И тут появляются приставы. Это загадочные люди, указывающие в своих суровых предупреждениях служебные телефоны, дозвониться по которым можно с таким же успехом, как к белому медведю на Северном полюсе. Вера Николаевна...
Репрессивный режим. Власти Латвии охотятся на несогласных В Латвии раскручивается маховик репрессий. Его жертвами становятся журналисты, блогеры, оппозиционные политики, общественные активисты и обычные люди ...